?

Log in

No account? Create an account
In Search Of Equilibrium
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 7 most recent journal entries recorded in dengo's LiveJournal:

Sunday, August 3rd, 2008
11:36 am
Размер первого бекапа Time Machine превышает размер жесткого диска
Всем привет! Я в недоумении. Размер жесткого диска 320 ГБ. Размер внешнего диска для бекапов 500 ГБ (на котором осталось 430 ГБ свободных). Настроил Time Machine: исключил абсолютно все (системные файлы, библиотеки, кеши, логи etc.), кроме директории с документами, где лежит всего пара текстовых файлов. Т.е. всего будет бэкапиться не более 10 МБ. Запускается первый бекап и вижу картину маслом: "Этот бекапп слишком большой для бэкап-тома. Бэкапу требуется 524.5 ГБ, но только 430 ГБ свободно". ПРостите, даже если бы я не исключал ничего, размер всего жесткого диска всего 320 ГБ. Откуда набралось 524.5 ГБ? Большое спасибо за помощь!

Current Mood: anxious
Thursday, October 5th, 2006
3:14 pm
Власти Австралии предложили мусульманам покинуть страну
Австралия первой решила на официальном уровне дать отпор исламским фундаменталистам, пишет Regnum (эта же статья на английском).
3:00 pm
Папа, не извиняйтесь уже!
Интересное мнение корреспондента Росбалта по поводу многократных извинений Папы за оскорбительное цитирование средневекового императора, показавшееся некоторым оскорбительным.
Wednesday, October 4th, 2006
2:43 pm
Русские - вон из США!
Некоторые американцы, услышав о блокаде Georgia, потребовали вывода российских войск из США.

Простые американцы нервно отреагировали на события в Грузии. Услышав из мировых СМИ о блокаде Россией чего-то под названием Georgia, некоторые американские пользователи интернета оказались в сложном положении.

Как свидетельствует доска объявлений на портале Yahoo! News, их больше всего заинтересовал вопрос, что делают российские войска в штате Джорджия. "Что делают русские войска в Атланте (столица штата - прим. NEWSru.com)?", - недоумевают простые американцы.

"Мне нужны ответы, черт возьми", - требовательно вопрошает один. "Русские - вон из США", - лаконично откликается другой. "Это действительно ужасно, даст бог, они уйдут", - пытается обнадежить соотечественников третий.

Американский юг теперь оказался в сложном положении, рассуждает один из простых американцев. Другой, очевидно, не питающий теплых чувств к штату Джорджия восклицает: "Так это значит, джорджинцы продались коммунякам? Давайте нанесем по ним ядерный удар".

Коллективно им так и не удается разобраться, как же солдаты Путина оказались в Джорджии. "Понятия не имею", - признается житель этого штата из города Дальтона. Между тем на сайте Dictionary.com в словарной статье Georgia вторым пунктом указывается, что этим словом помимо американского штата обозначается и Грузинская республика, расположенная в Закавказье.


(Взято из NEWSru.com)
Monday, October 2nd, 2006
3:15 pm
Про тигренка
За спиной неся зеленый ранец
через буреломы и дожди,
шел по лесу вегетарианец
со значком "Гринписа" на груди.

Рис проросший по пути жевал он,
запивая струями дождя,
ставил себе клизмы на привалах,
шлаки по системе выводя.

Шел вперед от края и до края,
песни пел, молился без конца,
комаров-эндемиков гоняя
с доброго усатого лица.

И, живя в гармонии и мире,
двигался туда, где видел дым:
так как вел он месяца четыре
слежку за геологом одним.

Говоря по-правде, между нами,
был геолог этот всех дрянней:
из консервных банок ел руками
трупы уничтоженных свиней,

спирт глотал из пластиковой фляги,
песни непристойные орал,
мусорил окурками в овраге
и месторождения искал.

Этому подонку было надо,
чтоб в тайгу бурильщики пришли
и достали всяческого яда
из планеты-матушки Земли.

Чтоб железный грейдер раз за разом
растоптал листочки, шишки, мох,
кислород сменился смрадным газом
и комар-эндемик передох...

Шел геолог по тайге, скотина,
в душу ей плевал, как в унитаз,
а ему смотрела строго в спину
вегетарианских пара глаз.

Часто думал вегетарианец:
погоди, преступник, вот те хрен!
И мигал его зеленый ранец,
отправляя сводки в CNN.

Как-то раз геолог с диким смехом
вынул из кармана острый нож
и убил тигрицу ради меха -
или ради мяса, не поймешь.

И ушел бесчувственный подонок,
напрочь позабыв о малыше.
Но остался маленький тигренок
с травмою психической в душе.

Обреченный умереть без мамы,
он лежал и хныкал, чуть дыша.
Вегетарианец - лучший самый -
взять решил с собою малыша.

Он не дал погибнуть организму:
рисом он делился с ним как брат,
пробовал поставить даже клизму,
но тигренок клизме был не рад.

К счастью, оказался путь недолог.
Подлеца возмездие нашло
и тайгою был убит геолог:
шишка кедра весом в пять кило

сорвалась и стукнула всей массой
по башке с размаху. Раза два.
Остро пахли спиртом и пластмассой
клочья мозгового вещества.

Словно у природы сдали нервы.
Бах! В тайге раздался смертный стон.
Облизнулись жужелицы, черви,
и пошли на труп со всех сторон.

Выбили таежные синицы
подлецу бесстыжие глаза.
Мозг сквозь дырку выпила куница.
Обкусала ухо стрекоза.

И четыре волка ближе к ночи
раскатали кости между ям.
Кое-что на них оставив, впрочем,
поглодать голодным муравьям.

А когда останки скрыла хвоя
и в тайге опять настала тишь,
из кустов ближайших вышли двое:
вегетарианец и малыш.

Ранец пискнул и прямой наводкой
через спутник, что вверху повис,
весть благую с качественной фоткой
передал торжественно в "Гринпис".

С чистою душою, без заботы
двинулись домой три пары ног:
это шли сквозь чащи и болота
вегетарианец и зверек.

Вскоре показались рельсы БАМа
и далекий путь в Москву, назад.
Где-то там ждала старушка-мама -
в коммуналке, с окнами на МКАД.

В пять часов утра явился к маме
с маленьким тигреночком у ног
пахнущий тайгой и комарами
сорокадвухлетненький сынок.

В коммуналке, за сортиром прямо,
в комнатке с плакатами "Гринпис",
с человеком и старушкой-мамой
жил тигренок, поедая рис.

Запивал его водой из крана
и взрослел, нагуливал бока,
с помощью клопов и тараканов
восполняя дефицит белка.

Лишь глубокой ночью ближе к часу,
глядя из окошка с высоты,
всей душой желал он скушать мяса.
Всей душой ребенка-сироты.

Что ни говори, такую травму
пережить способен мало кто.
Вы представьте, если б вашу маму
покромсал геолог на пальто?

А за дверью от сортира справа
жил сосед - поганый человек.
Тунеядец, пьющий на халяву,
алкоголик, хам и бывший зэк.

С ног до головы в наколках черных.
Все при нем боялись рот открыть.
Забывал он свет гасить в уборной,
мусор не трудился выносить.

Пол не мыл по графику в квартире,
не платил за общий телефон.
А еще любил курить в сортире
и плевать любил с балкона он.

Мир не видел большего подонка,
по району даже слух ходил:
от него ушла жена с ребенком -
он догнал ее и задушил.

И тигренку иногда до боли
он напоминал того, в тайге, -
с бородой, пропахшей алкоголем,
с маминою шкуркою в руке...

И когда однажды - злой, недобрый -
он домой ввалился пьяный в слизь,
пнул тигренка сапогом под ребра
и унизил фразой "киса, брысь"...

То случилось всё само собою,
не успел раздаться даже крик:
все татуировки как обои
ободрал тигренок в тот же миг.

Пальцы на руках с наколкой "коля"...
Жесткая небритая щека...
Косточки со вкусом алкоголя...
Легкие со вкусом табака...

Из-под двери комнаты налево
день за днем тянулся странный дым.
Жил там безработный парень Сева
с другом - несомненно голубым.

Волосы немытые, сережки,
кольца и булавки на брови,
кактус запрещенный на окошке,
психотомиметики в крови.

Жили плохо - ни любви ни дружбы,
запершись от всех в углу своем:
просто было от военной службы
им косить удобнее вдвоем.

Крики, сцены ревности и ссоры,
а под вечер - брали шприц большой
и кололи в вену мухоморы,
и глотали марки с анашой.

Рев колонок, крик Кобейна Курта,
звон шприцов и хруст колимых вен -
затихало это лишь под утро,
не смотря на стук из разных стен.

Просыпались наглецы к обеду,
шли на кухню словно дурачки,
рвали на страницы Кастанеду
и вертели тут же косячки.

В теплую погоду, даже летом,
не могли квартирные жильцы
босиком пройтись до туалета -
натыкались пятки на шприцы.

Даром мать эколога, старушка,
завуч школы, ветеран труда,
умоляла их не брать из кружки
челюсти вставные никогда.

Нет, куда там! Челюсти соседки
каждый день они из кружки - хвать!
И давай толочь свои таблетки
чтоб в садах и школах продавать!

Но однажды ночью на приходе
оба подлеца исчезли вдруг.
Так и не поняв, что происходит.
Думая, что это страшный глюк.

А тигренку вскоре стало худо.
И примерно через полчаса
чертики полезли отовсюду,
в голове возникли голоса,

на полу открылись люки, ямы,
потолок стремительно кривел...
А в окне раздался шепот мамы,
где всегда обычно МКАД ревел.

Ломит лапки, онемела шкурка,
голова болит, ну просто тьфу...
Закусить пришлось соседом-чуркой -
тем, что жил всегда в стенном шкафу.

Чурка жил в шкафу вперед ногами
много лет, как бросил свой Кавказ.
Торговал на рынке сапогами,
норовя обвесить всякий раз.

Кушал шаурму с бараньим жиром
и любил в метро кататься он,
где искал нетрезвых пассажиров
чтоб спереть какой-нибудь смартфон.

А потом, присев на подоконник,
цокая и открывая рот,
тыкал вилкой в чей-то наладонник,
двигая иконки взад-вперед.

Проживая вечно без прописки,
сделав из квартиры склад мешков,
он водил к себе друзей и близких,
и в чужих кастрюлях делал плов.

Домогался женщин, даже маму -
ту, что завуч, ветеран труда.
Фундаменталистскому исламу
он при этом верен был всегда.

И в шкафу своем, гнилом и шатком,
там, где жил уже не первый год,
может статься, он хранил взрывчатку,
может статься, даже пулемет.

Но прыжок - и жилистое тельце
ухнуло в тигриное нутро.
И смартфонов дорогих владельцы
снова могут водку жрать в метро.

Так пришла зима. Застыли реки.
Жил тигренок тихо день за днем,
лишь случались изредка флэшбэки -
типа голос мамы за окном.

Как-то раз в подобную минутку
даже не от голода - со зла -
он пошел и скушал проститутку.
Ту, что в дальней комнате жила.

Все в районе знали тетю Розу,
а исчезла Роза - ну и пусть.
Тысяча одну срамную позу
знала извращенка наизусть.

Развращала молодых студентов,
и пенсионеров, и детей.
И врала, что у интеллигентов
толще, выше, крепче и длинней.

Хвасталась расценкой поминутной,
и в деньгах, похоже, знала толк:
был тариф рублевый, и валютный,
а порой давала даже в долг.

Ошивалась в барах, на вокзалах -
с жуткой мордой, на ногах кривых...
Но хвалилась Роза, будто знала
всех мужчин столицы как своих.

Родинки, размеры ягодицы,
рост, привычки, характерный смех -
знала всех политиков столицы
(или же врала, что знает всех).

Мол, когда-то с этим было проще,
в молодости, мол, была стройна.
И берется отличить на ощупь
Путина и Ельцина она...

Так и покушалась на святое!
Так и распускала мерзкий слух!
Это ж надо выдумать такое!
Впрочем, кто их знает, потаскух.

Так почти очистилась квартира.
Кто в последней комнате живет?
В той, что возле самого сортира?
В той, где из сортира только вход?

Где всегда темно и сыровато,
где лишь стол и койка у дверей?
Там живет помощник депутата -
олигарх, ворюга и еврей.

С помощью серьезных махинаций
он украл в стране всю власть давно.
И в Международной Лиге Наций
все признали, что мужик - говно.

Ищут подлеца все службы в мире,
но не получается найти.
Ищут в каждом доме и квартире -
если комнат более пяти.

Ищут на Рублевке, на Садовом,
ищут в Мавзолее и Кремле,
под Рязанью, Тверью и Ростовом.
Ищут в каждой точке на земле.

Ищут в Эквадоре и на Крите,
в Чили и на острове Бали.
Пару раз искали в Антарктиде,
но замерзли быстро и ушли.

Ловко обманув все службы мира,
олигарх последних года три
прятался в каморке у сортира -
извращенец, тигр его дери.

В общем, так и получилось вскоре:
депутат, ворюга и еврей
вдруг исчез однажды в коридоре,
наступив на хвост судьбе своей.

За окном весна, сосулька тает,
МКАД вдали ревет как самолет.
И тигренок снова ощущает,
что ему белков недостает.

По квартире погулял немного,
но вернулся в комнату опять.
И понюхал маму-педагога -
не со зла, а просто, чтоб понять.

Мама спит. Рука большая, в складках.
Вкусная она? Пожалуй, нет.
Эти руки ставили в тетрадках
двойки и колы все сорок лет,

в школах обучая даже дуру
(что там дуру, даже дурака!)
прелестям родной литературы,
таинствам родного языка.

Даром не прошли для них уроки.
Где теперь ее выпускники?
В интернете дуры пишут блоги.
В блоги дурам пишут дураки.

А потом на "Грелку" всей толпою
ломятся как тараканы в дом...
Господи прости, гамно какое!
Впрочем, ладно. Сказка не о том.

Педагог, отдавший детям душу!
Педагог, даривший людям свет!
Можно ли теперь такого кушать?
Наш тигренок думает, что нет.

Жестко и невкусно, пахнет мелом,
желчью, авторучкой и доской.
Ничего подобного не ел он,
и не видит пользы никакой.

Если ты давно измучен рисом,
что за польза в меле и доске?
Если полосатый организм
день за днем мечтает о белке?

На полу, укрывшись полотенцем,
между батареей и стеной
вегетарианец сном младенца
спит и видит сон зеленый свой.

Тигр замер, постоял немного,
сделал осторожно шага два...
И лизнул ему на пробу ногу.
Тьфу, сплошная соя и трава!

Кто живет в гармонии, в покое,
кто не пьет, не курит, не шалит,
рис и сою ест, и всё такое -
тот из них почти и состоит.

В доме не найти приличный ужин.
Тигр вышел в коридор и лёг.
Вдруг - сама открылась дверь наружу,
приглашая выйти за порог!

Запах мяса! Спины! Ягодицы!
Ноги, руки, пузо, голова!
Граждане зажравшейся столицы!
Теплая, весенняя Москва!

Кушай, тигр, всякого подонка!
Медленно, со вкусом, не спеша!
Так как это сказка для ребенка,
то концовка крайне хороша!

(с) автор - Леонид Каганов, Москва. Авторский сайт: http://lleo.aha.ru

(Взято с http://grelka-voting.rusf.net/file_view.php?code=176 - там слегка неудобно читать)
Monday, June 12th, 2006
8:43 pm
Коэльо едет по России
Коэльо едет по России.
Он повторяет: «Ай лав ю»,
с улыбкой кроткого мессии
распределяя интервью.

Как фат, собравшийся жениться,
он быстр. Глаза его остры.
Он едет, словно Солженицын,
но не в Москву, а из Москвы.

Его на всех вокзалах толпы
качают, встречею горды.
Ему несут в подарок торбы
подарков, ягод и еды.

Всяк умоляет: «Дай автограф!»
Ведут и в баню, и в сельмаг.
Судачат местные: «А кто, брат,
такой приехал?» — «Светлый маг!»

Дождливо накануне лета.
Сухого места не найдешь.
«Коэльо, блин! Ты воин света!» —
кричит из лужи молодежь.

Однако мага что-то гложет.
Смиряя собственную прыть,
он шепчет под нос: «Быть не может».
Кричит во сне: «Не может быть!»

Коэльо едет по Сибири.
Над ним охранник держит зонт.
При встречах лыбится все шире
его встречающий бомонд.

Администрация готова
припасть к руке его, к ноге;
все повторяют слово в слово:
«Мы любим вас у нас в тайге!»

Коэльо всюду слышит крики:
«Нигде вас лучше не поймут!
Мы без ума от «Вероники»
и чтим «Одиннадцать минут!»

Нам ваше каждое изделье
на память просится само!..»
«Не может быть!» — кричит Коэльо.
И повторяет: «Быть не мо...»

Коэльо едет вдоль Байкала.
Его вагон широк, как дом.
Он пьет из тонкого бокала
сок апельсиновый со льдом.

Меняют блюда и подносы,
подносят киви и хурму,
а пресса задает вопросы,
как надо жить и почему.

Все умоляют: дай ума нам,
спаси, останови развал!
А шарлатаном, графоманом
никто ни разу не назвал!

Никто не рявкнул грубым матом,
дурных намерений — ни в ком,
владивостокский губернатор
в порыве чувств назвал братком...

О нем одном страна судачит,
о нем одном мечтает Русь.
«Не может быть! — Коэльо плачет. —
Сейчас в Бразилии проснусь!

Пора назад, в родную келью!» —
бормочет, запахнув пальто...

Но тут доносят, что Коэльо
желает видеть Кое-кто.
И приглашает с этой целью
на площадь, главную в стране.

«Отлично! — думает Коэльо. —
Уж он-то правду скажет мне».

Выходит он из самолета
в Москву, в сияющую тьму.
Во тьме к нему подходит Кто-то
и провожает к Кой-кому.

С повадкой вежливой и плавной
слегка испуганный мудрец
ему речет: «Ты самый главный.
Открой мне тайну наконец!

Но только честно, кроме шуток.
Я честно знаю свой шесток.
Я, как король, двенадцать суток
в вагоне ехал на Восток,

я интервью давал вначале
и сигнатуры без конца,
меня как гения встречали
и провожали как отца, —

везде, трюизмы изрекая,
я обращался к небесам...
Но я посредственность такая,
что это знаю даже сам!

Ужели обкурилась дури
на это время вся страна?
Ведь всей моей литературе
в базарный день пятак цена!

Слова пустые, разум птичий,
идеи девственно просты...
Ужель у вас такой обычай —
богов творить из пустоты?!»

И Кое-кто, скользнув расческой
по бледно-русой голове,
ему сказал с усмешкой жесткой:
— Да. Это так. Нам не внове.

(Российский журналист Дмитрий Быков о путешествии Пауло Коэльо по России в стихах: http://ogoniok.ru/4948/11/)
Wednesday, November 24th, 2004
3:19 pm
Лондон с вами!
Всем привет!

В понедельник вечером на Холланд Стрит, возле пямятника Св. Владимиру собралась тысяча человек. Вчера, во вторник, нас уже было былее 2 тыс. Под письмом украинскому послу Митюкову поставили подпись около тысячи человек. Петицию Тони Блеру подписало более полутора тысяч митинговавших. По окончании митинга (которому всячески содействовала полиция) участники пошли под окна украинского посольства, скандируя "Ющенко!".

Навстречу демонстрантам вышел весь дипломатический корпус, за исключением самого посла, одетый в оранжевые шарфы. Сотрудники посольства впоследствии присоединились к митингующим.

Кабинет министров авторизовал проведение митинга у резиденции премьер-министра (Даунинг Стрит, 10) в четверг, 25 ноября. По окончании митинга премьер-министру Великобритании Тони Блеру лично будет вручена петиция с требованием обратить внимание и дать оценку вопиющим нарушениям избирательного законодательства Украины во время выборов президента.
About LiveJournal.com